Одна собака неожиданно залаяла и ощерилась вся на проходившего через просмотр человека. Вполне обычный человек, здоровый мужик лет сорока, в запачканном деловом костюме, не выглядевший ни укушенным, ни раненным.

Он и сам до смерти испугался, когда собака лаять начала. Сразу же два солдата прижали его к боку БТРа и под наведенным стволом автомата начали раздевать. Сперва не поняв, что произошло, я даже задержался. А потом, когда с мужчины сорвали рубашку, убедился, что собака оказалась права.

На левом плече была тщательно забинтованная рана. Мужик, поняв, что его рассекретили, начал кричать и божиться, что это не укус, а просто разбил, когда с лестницы упал, но его уже никто не слушал. Овчарка рядом заходилась лаем, но и не думала кидаться. Умное животное нутром чувствовало, что может случиться при укусе. Мужчине заломили руки и куда-то повели.

- Куда его? – спросил я у одного из пулеметчиков, просто помиравшем от скуки у своего грозного оружия.

- В зомбятник… - сказал тот бесцветным голосом, стараясь на меня не смотреть, - дальше вдоль канавы, если так интересно.

Мне было на самом деле интересно. Чем больше знать, тем легче в дальнейшем ориентироваться в этом мире, постепенно сходящем с ума.

Оглянувшись на конвой и убедившись, что в ближайшие полчаса он никуда не поедет, я пошел по следам уведенного.

Тропка шла с внутренней стороны свежеразрытой канавы, в которой все так же усердно тарахтел бульдозер, вываливая все новые и новые кучи земли.

Канава, а вместе с ней и тропка заканчивались метров через двести около старого, заброшенного еще до зомби здания, которое сейчас резво укрепляли и отстраивали. Дальше него постепенно начинались посадки, перераставшие уже вдалеке в почти полноценный лес и делавшие движение на автомобилях фактически невозможным.